САЙБОРЕЯ. Мать Иуды

[deilf]

          Мой сын был хорошим человеком и честным. Он был нежен и добр ко мне и любил свою родню и своих соотечественников. И он ненавидел наших врагов, проклятых римлян, которые носят пурпурную ткань, хотя не прядут нить и не сидят за ткацким станком; и которые пожинают и собирают там, где не пахали, и не сеяли.

          Моему сыну было только семнадцать, когда его схватили, за то что стрелял из лука по римскому легиону, проходящему через наш виноградник.

          Даже в этом возрасте он любил говорить с другими юношами о славе Израиля, и произносил много странных вещей, которые я не понимала.

          Он был моим сыном, моим единственным сыном.

          Он пил жизнь из этой, теперь сухой, груди, и делал первые шаги в этом саду, ухватившись за эти пальцы, которые теперь похожи на дрожащий тростник.

          Этими самыми руками, тогда молодыми и свежими, как виноград Ливана, я спрятала его первые сандалии в льняной платок, который дала мне мать. Я все еще храню их там, в сундуке рядом с окном.

          Он был моим первенцем, и когда он сделал свой первый шаг, сделала свой первый шаг и я. Ибо женщины не путешествуют, если их не ведут за собой их дети.

          И теперь они говорят мне, что он покончил с собой; что он в раскаянии бросился с Высокой Скалы, потому что предал своего друга Иисуса из Назарета.

          Я знаю, мой сын мертв. Но я знаю, что он никого не предавал; ибо он любил свою родню и ненавидел только одних римлян.

          Мой сын искал славы Израиля, и ничего кроме этой славы не было на его устах и в его деяниях.

          Когда он встретил Иисуса на большой дороге, он оставил меня, чтобы последовать за Ним. И в сердце я знала, что он ошибался, желая за кем-либо следовать.

          Когда он прощался, я сказала ему, что он ошибается, но он не послушал.

          

          Наши дети не прислушиваются к нам; подобно сегодняшнему приливу, они не советуются со вчерашней волной.

          Прошу вас больше не спрашивать меня о моем сыне.

          Я любила его, и я буду любить его во веки веков.

          Если бы любовь была во плоти, я бы выжгла ее раскалённым железом и обрела покой. Но она в душе, недостижима.

          А теперь я больше не скажу ни слова. Идите спросите другую женщину, более уважаемую, чем мать Иуды.

          Пойдите к матери Иисуса. Меч пронзил и её сердце. Она расскажет вам обо мне, и вы поймете.

           

           Дж. К. Джебран "Иисус, сын человеческий"

                         © Перевод с англ. Deilf, 2018

             

                     Картина - Ян Ливенс, "Старая женщина в платке",  ок. 1631

Comments

[paserbyp]

Спасибо! Очень интересно...