deilf: (Default)
«Ветер Божьей благодати дует непрерывно.
Все, что нам нужно, — это поднять паруса, чтобы уловить его».

Прабхавананда


Картина - "Алые паруса", Лукина Елена Олеговна


deilf: (Default)
          "Как видим, человек подобен Богу. Но можно ли потому назвать его творцом? Не будет ли это слово лишь аналогией, условностью? В этой точке нашего размышления следует сказать, что художник обновляет творение. Он придает новую форму материи этого мира. Ни мелодия, ни краска, ни написанный текст не существуют как таковые в природе. И какие бы усилия ни прилагал художник, чтобы приблизиться к действительности, всегда остается нечто от его собственной личности, преобразующей полученные извне впечатления. Художник прежде всего читает вселенную, а затем выражает ее. Он может так глубоко уходить во внутренний мир, что порою совсем удаляется от мира внешнего. В принципе, мир искусства - самый прекрасный мир. Он - квинтэссенция обычного мира, его глубина, связь, единящая его со славой, которая воссияет в последний день. Искусство - натянутая струна между нынешним и будущим веком. Оно - предчувствие той высшей Красоты, которая изливается на нас с высоты небес".

          Георгий Хорд, "Искусство и творение"

deilf: (Default)
«...мы любим потому, что Бог НАМИ любит. И мы не умрём, потому что Он вечен. Это же так просто!»

А.Александров, «Книга книг»
deilf: (Default)
 *   *   *

Держись за боль. Все остальное рухнет.

А остальное что? Все боль или тщета.

Но вдруг сквозь тлен, сквозь суету и рухлядь

Такая сила, страсть и красота!

О, ближний, кто ты? И откуда свет,

Что из тебя иль сквозь тебя струится?

Ты сон, мираж души?

И слышится в ответ:

Я то, что есть в любом, кто края не боится.

А как же с болью быть? —

И слышится в ответ:

Одна есть боль на этом свете оголтелом.

И эта боль есть Бог.

Душа болеет телом.

А значит, жизнь — болезнь.

А значит, смерти нет.



Леонид Завальнюк

deilf: (Default)
 В древние времена Боги и великие пророки были и великими музыкантами. Шива изобрел вину; Кришна всегда изображен с флейтой. Когда Моисей внимал Богу на горе Синай, он услышал "Музе Ке" ("Моисей, внимай") и откровение, пришедшее к нему, было откровением тона и ритма. Так он и назвал его - Музек; от этого слова произошло слово музыка. Псалмы Давида были песнями. Индийская Богиня красоты и знания Сарасвати всегда изображается с виной.

А что это значит? Это значит, что суть всей гармонии - в музыке. Человечество утратило древнее искусство магии, но если и остается в мире какая-то магия, то это - музыка.

Музыка - это гармония всей Вселенной в миниатюре, поскольку гармония Вселенной - это сама жизнь, а человек, будучи Вселенной в миниатюре, проявляет гармоничные и негармоничные аккорды в пульсации крови, в биении сердца, в ритме и тоне. Его здоровье и болезни, восторг и смятение - все показывает наличие или отсутствие музыки в его жизни.

И чему музыка учит нас? Музыка помогает нам тренировать себя в гармонии; это и есть магия музыки и ее тайна. Музыка, которую вы любите, настраивает вас и вводит в гармонию с жизнью.

Поэтому музыка необходима человеку.

Многие говорят, что музыка им не нужна; но дело в том, что они ее еще не слышали. Если бы они действительно услышали музыку, она коснулась бы их души, и они невольно полюбили бы ее. Если им безразлична музыка, это всего-навсего значит, что они еще не знают ее, не научились успокаивать сердце и открывать его музыке.

И еще - музыка развивает нашу способность воспринимать прекрасное в других искусствах.

А что мешает человеку воспринимать красоту мира? Его тяжелое сердце. А подлинный источник музыки - родник души. Когда начинает бить этот родник, он смывает с нашей души тяжесть, и восторг музыки делает нас легкими, и мы видим красоту мира.

Философия Востока различает пять видов опьянения: опьянение красотой, юностью и силой; опьянение богатством; опьянение властью; опьянение знанием. Но эти четыре опьянения меркнут, как звезды при появлении солнца, перед опьянением музыкой.

Причина этого - в том, что музыка касается глубочайшей части нашего существа. Музыка проникает глубже, чем любое другое впечатление внешнего мира. И красота музыки - в том, что она одновременно - и источник творения, и возможность воспринять его.

Поэтому мистики всех эпох любили музыку превыше всего. Ведь под действием музыки душа распускается, и открывается интуиция; и сердце человека раскрывается для всей красоты - и внутри, и снаружи; музыка возвышает и приносит совершенство, которого жаждет каждая душа.

Человек рождается со вкусом к музыке, это отлично видно по детям. Но когда человек вырастает, он все больше погружается в мир заблуждений, и его сознание занято все большим и большим количеством придуманных ценностей - так постепенно многие теряют вкус и склонность к музыке.

Но если человек продолжает слышать музыку, его склонности находятся в соответствии поначалу с его воспитанием, а потом - с его развитием, с его местом на лестнице эволюции. Чем более он развит, тем тоньше музыка, которую он любит. И характер человека определяет его вкус - веселый человек любит популярную музыку, серьезный предпочитает классическую, интеллектуал радуется техническим деталям, а простак всему предпочитает, чтобы громко бил барабан.

У искусства музыки - пять аспектов. Первый - популярный, он вызывает движения тела; второй - технический - он удовлетворяет интеллект; третий - артистический - от него душа трепещет от красоты и грации; четвертый взывает к чувствам и пронизывает сердце. Пятый, самый важный - возвышает, и душа начинает слышать музыку сфер.

Но наивысший экстаз от музыки - это объединение с Возлюбленным Богом, высшим идеалом, находящимся вне ограничений имени и формы; c тем, кого душа искала всегда и, наконец, обрела.

Этот восторг неизъясним словами. Когда пение души, уже достигшей союза с Божественным возлюбленным, услышано тем, кто еще идет по тропе божественной любви, он видит в себе то, что он слышит в песне и узнает это; и это поддерживает его на пути. Эта хвала Богу наполняет его неописуемой радостью.

За экстазом следуют откровения. И все знание, которого не может поместиться ни в одной книге, которого никакие слова не могут выразить, и ни один учитель не может передать, это знание приходит к нему само по себе.

На Востоке есть одна древняя легенда.

Бог создал глиняную статую по своему образу и подобию и велел душе войти в нее. Но душа отказалась, потому что природа души - свободно летать везде и никогда не быть связанной чем бы то ни было. Душа совсем не хотела быть запертой в тюрьме тела. И тогда Бог сказал ангелам: "Будьте так добры, спойте, пожалуйста".

Ангелы начали играть и петь, и душа ощутила экстаз; и в этом экстазе она вошла в тело, чтобы яснее слышать музыку.

Прекрасная легенда и глубокая тайна. Она объясняет нам два великих закона. Первый из них: свобода - это природа души; и для души вся трагедия жизни состоит в отсутствии свободы, являющейся ее естественным состоянием. Второй - душа находится в теле только для того, что услышать и испытать музыку жизни. И складывая эти две тайны, мы приходим к тайне тайн. Наша безграничная сущность становится ограниченной для того, чтобы ощутить внешнюю, материальную жизнь. Услышать и почувствовать музыку жизни.

Борис Гребенщиков

deilf: (Default)
 * * * 

Нет, Ты не рядом - Ты проходишь сквозь. 
О, эта поступь Бога во Вселенной! - 
Вонзившаяся в плотность мира ось - 
И смерть моя и жизнь одновременно. 
Нет, Ты и не вблизи и не в дали, 
Не на земле, но и не в небосводе. 
Как пробивает семя пласт земли, 
Так ты навылет сквозь меня проходишь, 
Не останавливаясь не на миг. 
Вся жизнь моя короткая, земная - 
Восторг любви и тяжкой боли крик... 
Ведь Ты проходишь, грудь мою сминая. 
Да, плотность отвердевшую дробя, 
Ты звездный путь свой сквозь пространства чертишь. 
Я пропускаю Бога сквозь себя, 
И это смерть и отрицанье смерти. 

9.06.2001. 

Зинаида Миркина



 
deilf: (SunMoon)
"...точно так, как бывает материна радость, когда она первую от своего младенца улыбку заприметит, такая же точно бывает и у Бога радость, всякий раз, когда он с неба завидит, что грешник пред ним от всего своего сердца на молитву становится".

М.Ф.Достоевский, "Идиот"


Леонардо да Винчи,"Мадонна с Младенцем и святой Анной"
Леонардо да Винчи_Мадонна с Младенцем и святой Анной_s
deilf: (SunMoon)

"Бог умер? Ну, умер, так умер. И без него проживем. Как? Да потихоньку, полегоньку, с кофе и сдобными булочками, с борьбой за права, с надежными стенами, с игорными и публичными домами. На земле так на земле".
 


       "Демон давно летает над русскими просторами и пристально вглядывается в русские души. Точно ищет в них очередного пристанища. Он мерцает перед духовным взором Лермонтова, зовет и чарует его, как в поэме чарует Тамару. Как она не погибла — непонятно, а все-таки не погибла; и так же душа Лермонтова... «Она страдала и любила, и рай открылся для любви».

Этот же черный дух вперяет свой взгляд в Гоголя, внушая ему дикий мистический ужас. И даже гармоничный и воистину светлый наш гений — Пушкин чувствует вокруг себя хоровод бесов. Это не минутное настроение заплутавшегося в поле путника. Давно


Какой-то злобный гений
Стал тайно навещать меня.
Печальны были наши встречи.
Его улыбка, чудный взгляд,
Его язвительные речи
Вливши в душу хладный яд...

(А.С. Пушкин. «Демон»)

Стоял ли за этим пушкинским демоном реальный Раевский или кто другой, — не это важно. Важно, что за ним была духовная реальность. Что душа с ним встречалась... И плодом этой встречи был герой своего времени — первый из этих москвичей в гарольдовом плаще, из этих чужеземцев с Онеги или Печоры. Они зовут прекрасное мечтою, не верят любви и свободе и ничего во всей природе не хотят благословить. И они завораживают самых глубоких, самых поэтичных женщин. Да и не только женщин. И женщины, и мужчины ждут от них чего-то особого, чувствуют в них избранность, предназначенность к подвигу. Какому?

Властитель дум, властитель душ, кто же он? Это прежде всего человек недюжинной силы. Я не говорю о тургеневских, измельчавших характерах. Не от них пошел герой Достоевского. Но Онегин и Печорин — сильные люди. Их сила еще не нашла себе применения, но она есть. Есть независимость духа, присущая лишь властителю, князю... Вот только непонятно еще, светлому ли, или темному князю... Непонятно это ни тем, кто предан ему душой и телом, готов идти за ним на край света, ни, может быть, ему самому. Герой нашего времени — лишний человек, не вписавшийся или, скорее, как бы выписавшийся, выбывший из общества, противопоставивший себя среде, почве, из которой вырос. Лишний человек — сам по себе. И ему самому и всем вокруг кажется, что он на голову выше прочих. Вот только бы найти задачу по своим силам!.. Вот только найти «веру или Бога» (как говорит Порфирий Петрович Раскольникову), ради которых хоть кишки вырезай! Но где найти веру или Бога? Бог потерян.

Вот он, главный нерв века, его больная точка («Бог умер», — скажет вскоре Ницше). Бог существует лишь как внешняя, мертвая форма. Люди еще не нашли новых живых форм духа и продолжают держаться за старые. Но чувство мертвости, скуки, пустоты жизни разлито в воздухе.

Герой времени — тот, кто осмеливается назвать мертвое мертвым. На фоне мелких, трусливых душ, оглядывающихся на других и обманывающих самих себя, он крупен. Он отваживается быть самим собой. Что не так-то мало. Он не хочет казаться тем, чего нет. И... и только. Предоставляя судить другим, много это или мало.

Ни мало, ни много — то, что есть.

Разумеется, это герой русского образованного слоя. А что в Европе? В Европе — другое. Романтический демон там уже отлетал. Да, может быть, и не так сильно захватил умы и сердца. Было, конечно, было, но... побаловались и хватит. Надо возвращаться на землю и устраиваться на ней крепче, практичнее, чтобы никаким демонам не повадно было... Бог умер? Ну, умер, так умер. И без него проживем. Как? Да потихоньку, полегоньку, с кофе и сдобными булочками, с борьбой за права, с надежными стенами, с игорными и публичными домами. На земле так на земле.

Я не ручаюсь за то, что именно так было в Европе. Но Достоевскому увиделось все примерно так. Бог потерян образованными людьми повсюду, но русский человек с этим не мирится. А в Европе все отлично примирились. И какими же карликами показались ему эти выродившиеся Дон Карлосы! «Город Гаммельн» (11) отлично обходится без души, с одними телами. Здесь — ни Бога, ни черта, ни воздуха. Ни высоты, ни глубины. Душно. Скучно.

Русский герой нашего времени - какой угодно, но не скучный. Он вовсе не кончен духовно. Он только начинается. Примириться с духотой, с плоскостью бытия он не может...

Зинаида Миркина, "истина и её двойники", (Глава 10, Лишние)

deilf: (SunMoon)

"Красота спасет мир", - сказано у Достоевского, потому что сам человек спасти мир не может. Красота - понятие отвлеченное: одному нравится одно, другому - другое. Но Достоевский, я думаю, имел в виду красоту как одно из имен Божиих или как богоподобие. Бог еще именуется Художником, ведь одним из видов аскетического делания является созерцание видимого творения. Если этот мир, даже пораженный и испорченный грехом человеческим, так прекрасен, так органичен, то как же должен быть прекрасен Творец этого мира!

В широком смысле слова художником быть обязан каждый христианин. Дар творчества выделяет человека из всех живых существ, ставит его даже выше ангела.

Архимандрит Зинон (Теодор)

deilf: (SunMoon)

      "Есть свод аскетических правил, называемый "Добротолюбие". Что понимать под добротолюбием? Я спрашивал у старых монахов, и даже они отвечали по-разному: любовь к добродетели, к добру, доброделание.

"Доброта" - слово славянское и означает Красоту как одно из имен Бога. Значит, любовь к красоте есть любовь к Богу. Духовное делание, очищение себя, приготовление к тому, чтобы быть храмом Божиим, храмом Святого Духа, - это искусство из искусств, наука из наук. Красота Бога - это прежде всего красота духовная, совершенная Любовь, об этом свидетельствуют писания святых отцов".

Архимандрит Зинон (Теодор)

deilf: (SunMoon)
"...Вот и остался он с этой сутью, ничем не прикрытой, не одетой ни в какие идеи – безыдейной Сутью. Насущностью. Сущим.
Но ведь Сущий – это имя Бога. Яхве – Сущий. И только.
Одна из самых непонятных заповедей блаженства – это заповедь о духовной нищете.
Кто такие нищие духом?
Это те, кто не имеет никакой идеи Бога. Ничего не имеют, кроме Бога.
- Как это?
- Никак. Вот так.
* * *
Какая разница между Богом и идеей Бога? Огромная. Идеей можно овладеть, как овладевают марксистско-ленинским учением или учением католической церкви, или православной. Богом овладеть нельзя. Можно только дать Богу овладеть нами. То, чем мы можем овладеть, что можем вместить в свой ум, СОИЗМЕРИМО с нами, ПОСТИЖИМО. Бог не соизмерим с нами и непостижим. Он непредставим. Он не равен никакой идее Бога. Он бесконечно больше всякой идеи Бога. Идея — лишь одежда Бога. То, за что человек может ухватиться умом.
И если человек боится потерять свои собственные одежды, свой дом, свою землю, то свои идеи он боится потерять ещё больше. Гораздо больше. Самые лучшие, «идейные», люди легко отдадут жизнь за идею. А если умрёт их идея, им и жизнь не нужна будет.
Если умрёт идея...
Read more... )
* * *
Когда торжествует душа, тогда каким-то непостижимым образом оживают мёртвые. Дорогие мёртвые. И разлука кончается. И человек прикасается к тайне воскресения и вечной жизни. В часы или минуты, когда душа очень глубоко живёт..."
Зинаида Миркина, "Бог и идея Бога"
deilf: (SunMoon)
"Не любящий Бога не знает Его - ведь Он есть любовь... Мы познаём Бога тем совершеннее, чем больше Его благодарим. Благодаря Бога, мы открываем для себя, что Он - любовь".

Томас Мертон, "Одинокие думы"

October 2017

S M T W T F S
1234567
89101112 1314
15161718192021
22232425262728
293031    

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Oct. 23rd, 2017 01:07 pm
Powered by Dreamwidth Studios