ПРАВО НА ГНЕВ или почему большинство россиян не понимает Майдан

[deilf]

Существует психологическая «аксиома», которая гласит: «Мы осуждаем в других то, чего не можем принять в себе».

Если совершить небольшой экскурс в истории, то можно вспомнить, что в странах, долгое время входивших в состав СССР, всякая инициатива, а также право на отстаивание индивидуальной позиции в течении десятилетий и, соответственно, нескольких поколений всячески угнетались и пресекались.

Было опасно (зачастую — смертельно опасно) даже просто высказывать вслух мнение, не совпадающее с мнением большинства (партии).

В психотерапии известно, что «гнев это здоровая реакция организма на препятствия, возникающие на пути к цели, или на боль, моральную или физическую». Гнев мобилизует энергию человека, чтобы устранить препятствия или источник боли. Он выполняет защитную функцию, оберегая индивидуума от угрозы уничтожения. Гнев позволяет человеку преодолевать преграды и ограничения, сковывающие его свободу и не позволяющие ему естественным образом удовлетворять свои потребности и проявлять свою сущность.

Как и любые другие психические функции, гнев нельзя уничтожить.

Им можно либо научиться управлять, находя приемлемые социальные формы для его проявления и сознательно не допуская его превращения в агрессию, либо вытеснить в подсознание.

В последнем случае, будучи «невидимым», то есть неосознанным, он начинает действовать неконтролировано, исподтишка манипулируя своим хозяином и регулярно провоцируя сильные взрывы, которые происходят всегда не вовремя, не к месту и по пустячному, казалось бы, поводу.

Если мы применим это к масштабам страны, например, России, то мне видится, что стихия этого гнева, таящегося в подсознании россиян, и является одной из коренных причин не только их непонимания того, что происходит сейчас в Украине, но и (что гораздо печальнее) продолжающихся терактов на их собственной территории, которым, к сожалению, конца не видно.

Не осознавая наличие подавленного гнева в себе самих, россияне не могут принять его открытое проявление в народе Украины.

Даже в мирной, цивилизованной форме.

Это касается и восточных и южных областей Украины, которые пробыли в составе СССР (а перед этим — Российской Империи) гораздо большее время, нежели, например, западные области, имевшие к тому же серьёзный опыт повстанческого движения.