АННА, МАТЬ МАРИИ

[deilf]

 

            Иисус, сын моей дочери, родился здесь, в Назарете, в месяце январе. И в ту ночь, когда он был рождён, нас посетили мужи с Востока. То были персы, пришедшие в Изреельскую долину с караванами мадианитян по пути в Египет. Не найдя себе пристанища в постоялом дворе, они искали приюта в нашем доме.

            И я приветствовала их и сказала: «Моя дочь родила сына этой ночью. Верно, вы простите меня, если я не буду прислуживать вам, как подобает хозяйке».

            Тогда они поблагодарили меня за предоставленный им приют. Отужинав же, сказали: «Нам хотелось бы взглянуть на новорожденного».

            Теперь Сын Марии выглядел прекрасно, и она была весьма пригожа.

            И когда увидели персы Марию и её дитя, то извлекли из своих мешков золото и серебро, мирру и ладан, и сложили их к ногам ребенка.

            Затем они пали ниц и молились на странном языке, нам непонятном.

            И когда я повела их в приготовленные для них покои, они шли, словно испытывая благоговейный трепет перед увиденным.

            Когда же пришло утро, они оставили нас и отправились своим путем в Египет.

            Но на прощанье они обратились ко мне и сказали: «Этому ребёнку всего только день от роду, но мы увидели свет нашего Бога в Его глазах и улыбку нашего Бога на Его устах.

            Мы просим вас оберегать Его, дабы Он мог оберечь вас всех».

            И говоря так, они взобрались на своих верблюдов, и мы не видели их больше.

            Теперь, казалось, Мария не столько радовалась своему первенцу, сколько была полна удивления и изумления.

            Она подолгу смотрела на младенца, а потом поворачивалась лицом к окну и вглядывалась в небесные дали, словно ей являлись там виденья.

            И долины простирались между её сердцем и моим.

            И ребенок рос телом и душой, и Он был непохож на других детей. Он держался обособленно и был почти неуправляем, и я не могла удерживать Его.

            Но все в Назарете любили его, и в сердце я знала почему.

            Часто он брал нашу еду, чтобы отнести её прохожему. И Он раздавал другим детишкам сладости, которыми угощала я его, прежде чем мог отведать их Своими собственными устами.

            Он влезал на деревья в моем саду, чтобы набрать плодов, но никогда не ел их Сам.

            Он состязался в беге с другими мальчишками и, поскольку Он был быстроног, то часто отставал, чтобы они могли миновать конечный колышек, прежде чем Он сам добегал до него.

            И иногда, когда я вела Его к Его ложу, Он говорил мне: «Скажи матери моей и остальным, что только моё тело будет спать. Моя душа будет с ними, пока их души не прийдут в моё утро».

            И много других дивных слов говорил Он, будучи мальчиком, но я слишком стара, чтобы вспомнить.

            И вот теперь они говорят мне, что я больше не увижу Его. Но как мне поверить тому, что они говорят?

            Я всё ещё слышу Его смех и то, как Он бегает по моему дому. И когда бы ни целовала я щеку моей дочери, Его аромат возвращается в моё сердце, и кажется, что мои руки полнятся Его телом.

            Но разве это не странно, что моя дочь не говорит со мной о своём первенце?

            Порой мне кажется, что моё стремление к Нему больше, чем ее собственное.

            Словно бронзовое изваяние, она непреклонно встречает свой день, в то время как моё сердце тает и растекается ручьями.

            Быть может, ей известно то, чего не знаю я. Как бы я хотела, чтобы она могла и мне поведать об этом.



            Дж.К.Джебран "Иисус, сын человеческий"



            Перевод с англ. Deilf

Картина - Елена Черкасова, "Поклонение волхвов"